The Elder Scrolls IV: Oblivion стала знаковой игрой для Bethesda Game Studios, отражая трансформацию команды под руководством нового лидера в лице Тодда Говарда. Последний решил окучивать максимально широкую аудиторию, что в итоге и привело нас к Starfield.
Как известно, разработка Morrowind была крайне сложной. После серии неудачных релизов компания находилась на грани банкротства, и если бы не поддержка Microsoft, ее ждало неминуемое закрытие. Oblivion же готовили при наличии финансовой подушки безопасности, но разработка под Xbox 360 создала массу совершенно новых испытаний.
The Elder Scrolls — это довольно специфическая серия, стартовавшая как симулятор гладиатора, который затем разросся до неадекватных размеров, а также обрел совершенно безумный по современным меркам лор. Это довольно типично для проектов образца 80-х — 90-х годов, когда фанатеющие от настольных ролевок задроты-разработчики накручивали в своем проекте мечты элементы фэнтези и научной фантастики. Хрестоматийными примерами стали Might and Magic иUltima, где кузнец строил космический шаттл, а злодеем мог оказаться робот, инопланетянин или… сервер с перфокартами.
Трансформация началась с Morrowind, когда команда Тодда Говарда стала постепенно отказываться от наработок Джулиана Лефея, Виджая Лакшмана и Теда Питерсона. Но именно в Oblivion был окончательно взят курс на среднестатистическое фэнтези, а ориентиром стал «Властелин Колец». Это особенно видно по основной сюжетной линии, вдохновленной «Возвращением Короля», тогда как идея о «клоне» злодеяArena Джагара Тарна была отправлена в утиль.
Задачей также стояло создать большой открытый мир. На тот момент еще не существовало «формулыUbisoft» – только «формулаGTA», тогда как уши The Elder Scrolls торчали

