Смерти в играх нередко оставляют след сильнее любого сюжетного поворота — ведь чем ближе герой, тем больнее его потеря. Когда персонаж, с которым ты прошёл десятки часов, погибает, экран будто тускнеет. А если на твоих глазах падает чудовище, терроризировавшее всех вокруг, внутри просыпается странное удовлетворение — смесь облегчения и мщения.
Но не всякая гибель заслуживает пафоса. Порой разработчики просто сообщают о смерти вскользь — где-то в диалоге, между миссиями, будто это не герой, а статист. И обиднее всего, когда так исчезают ключевые фигуры, те, кто двигал историю вперёд. Смерть за кадром лишает момент силы, превращая финал арки в пустую строчку текста. Впрочем, таких случаев в игровой индустрии хватает — и некоторые до сих пор вызывают у фанатов недоумение.
В Arkham Asylum Куинси Шарп руководит лечебницей, где держат самых поехавших злодеев Готэма. Но когда Джокер устраивает переворот, директор сам оказывается пленником, пока Бэтмен не освобождает его. Позже, в Arkham City, Шарп уже мэр города и автор идеи тюремного квартала, где в тесноте ютятся преступники всех мастей.
К этому моменту он — не столько правитель, сколько марионетка. Доктор Хьюго Стрейндж дергает за ниточки, управляя Шарпом через страх и внушение. К тому же сам мэр давно носит в себе второго, куда более мрачного «соседа» — раздвоение личности, тянущееся с начала истории. Когда наступают события Arkham Knight, его уже нет в живых. Позже выясняется, что Шарп оказался за решеткой по обвинению в соучастии Стрейнджу и покончил с собой в камере. В итоге бывший хранитель порядка превратился в человека, который потерял контроль — над тюрьмой, над городом и, в конце концов, над собственным разумом.
